• Главная страница
• Новости
• Библиотека
• Контакты
• Архив
• English

НИККОЛО МАКИАВЕЛЛИ: «Сначала жить, потом философствовать»

Никколо Макиавелли - один из первых идеологов эпохи Ренессанса, которые излагали новые воззрения на развитие общества и государства. Он познал сполна и милости Фортуны, и горечь поражений. Молва сделала из него жестокого циника, но он им никогда не был. Он умел хранить верность, извлекать уроки из прошлого и не мыслил себя без служения родному городу.

Флоренция. Утро 10 мая 1527 года. В Зале Пятисот в Старом дворце - Палаццо Веккьо - собрался Большой совет. Предстояло избрание должностных лиц республики. В зале - зловещий гул. Объявили кандидатуру Никколо Макиавелли, предложившего себя на должность секретаря канцелярии Коллегии Десяти, и высокое собрание взорвалось. В единый миг с отцов города слетела степенность - яростно размахивая руками, они старались перекричать друг друга: - Макиавелли ведет жизнь нерелигиозную, кто его видел на проповедях?! - Он сидит в трактире, хуже того - в библиотеке, читает старые книжонки. Не хотим философов! Долой философов! - Отечество нуждается в людях благонадежных, а не в ученых! Макиавелли историк... Он насмешник и считает себя выше всех!..

Не дожидаясь результатов голосования, Никколо покинул дворец. Как же так? Ему пятьдесят восемь лет. Он любит Флоренцию больше всего на свете, больше жизни. И в это трудное время его энергия, опыт и знания не нужны... Он шел на другой берег Арно по Старому мосту - внизу текли мутные спокойные воды. Пройдя мост, свернул направо. Под ногами лежали камни мостовой квартала, где прошло его детство...

Денег на учебу в университете у отца Никколо не было, и после школы юноша занимался самостоятельно. Много читал, особенно античных авторов: Тита Ливия, Тацита, Цицерона, Вергилия, Овидия. Любил музыку. А еще работал в адвокатской конторе отца, приобретая юридические знания. «Я родился бедным и скорее мог познать жизнь, полную лишений, чем развлечений», - вспоминал потом Макиавелли.

В 29 лет жизнь его сделала крутой поворот... Большой совет флорентийского правительства - Синьории избрал его секретарем канцелярии, занимавшейся внутренней политикой республики, и еще предложил возглавить канцелярию комиссии Свободы и Мира, ведавшей делами армии и ополчения. Должности незавидные: низкое жалованье, никакой перспективы продвижения и множество обязанностей. Но новый канцлер готов не покладая рук работать на благо Флоренции, ведь его девизы: «Трудом создано величие человека» и «Флоренция превыше всего».

На эти посты его переизбирали четырнадцать раз - из-под пера Макиавелли вышли многие тысячи дипломатических писем, донесений, правительственных распоряжений, военных приказов, проектов государственных законов. Он организовывал военные кампании, инициировал создание республиканского ополчения.

Стройный, подтянутый, изящно одетый, превосходно владеющий языками, ироничный и остроумный - был он еще и дипломатом от Бога - умел убедить и переубедить, настоять, навязать. Во все ответственные моменты Макиавелли отрывался от личных дел и направлялся в другие государства и чужие страны. Мало кто мог лучше его в короткие сроки точно и верно оценить политическую атмосферу в чужой стране. И еще очень любил семью, с шутливой нежностью именуя ее своей «командой».

Классики древности были для Макиавелли друзьями и советчиками. Без них он не обходился даже в своих служебных поездках. Он никогда не относился к античным писателям лишь как любознательный читатель и эрудит, но всегда - как политик и практик, не упуская любой возможности применять их идеи в жизнь. В 1502 году, находясь в Имоле с дипломатическим поручением, просил друга и коллегу Бьяджо Буонаккорси достать и выслать ему «Жизнеописания» Плутарха. «Я не хочу, чтобы вы благодарили меня за услуги, - читаем в письме Бьяджо, - Если бы я даже не хотел любить вас и всецело принадлежать вам, я не мог бы этого сделать, ибо к этому меня вынуждает сама природа... Возвращайтесь же побыстрее, черт возьми, возвращайтесь!»

Его любили - он всегда был душой любой компании. Чрезвычайно интересна его переписка с друзьями. В письмах можно найти все - от описания мелочей домашней жизни до непристойных анекдотов и политического анализа. В них отражаются не только амбиции и тревоги автора, но также живость, юмор и острота его мышления. Качества эти, стоит отметить, присутствуют и во всех его сочинениях, серьезных и комедийных.

Но вот в 1512 году во Флоренции случился переворот. Республика пала, и к власти в городе пришла Синьория Медичи. Увы, Медичи не доверяли Макиавелли и на пятнадцать лет отправили в ссылку.

«Так долго продолжаться не может, - писал Макиавелли другу, - такая бездеятельная жизнь подтачивает мое существование... Встаю я с солнцем и иду в лес. затем в харчевню, где застаю обычно в сборе хозяина, мельника, мясника и двух кирпичников. С ними я убиваю целый день, играя в триктрак и в крику, при этом мы без конца спорим и бранимся и порой из- за гроша поднимаем такой шум, что нас слышно в Сан-Кашано... Так я задаю себе встряску и даю волю проклятой судьбе - пусть сильнее втаптывает меня в грязь, посмотрим, не станет ли ей, наконец, стыдно... С наступлением вечера возвращаюсь домой и вхожу в мой кабинет; у дверей я сбрасываю будничную одежду, запыленную и грязную, и облачаюсь в платье, достойное царей и вельмож; так, должным образом подготовившись, я вступаю в старинный круг мужей древности. Там, дружелюбно ими встреченный, вкушаю ту пищу, для которой единственно я рожден. Здесь я без стеснения беседую с ними и расспрашиваю о причинах их поступков, они же с присущим им человеколюбием отвечают. На четыре часа я забываю о скуке, не думаю о своих горестях, меня не удручает бедность и не страшит смерть: я целиком переношусь к ним.»

Потрясение, испытанное Макиавелли после увольнения и крушения республики, которой служил столь верно и ревностно, побудили взяться за перо. И именно в ссылке напишет он те исторические, философские и художественные работы, которые обессмертили его имя: «Государь», «Рассуждения на первую декаду Тита Ливия», «О военном искусстве», комедия «Мандрагора», «История Флоренции».

Макиавелли представил в своих произведениях развернутую концепцию человека. Прежде всего, считал он, человеком движет личный интерес, проявления которого чрезвычайно разнообразны,в том числе и стремление приумножить собственность и сохранить свое имущество. Стяжательство, по мнению Макиавелли, это не только атрибут природы современных людей, но и неизбывный человеческий жребий: человек у Макиавелли «скорее забудет убийство отца, нежели конфискацию наследуемого имущества», - писал он в «Государе». И именно человеческий эгоизм и потребность в его насильственном обуздании породили государство как особый социальный институт: «Добрые примеры порождаются добрым воспитанием, доброе воспитание - хорошими законами, а хорошие законы - теми самыми смутами, которые многими безрассудно осуждаются».

Исходя из этой этической доктрины, философ строит свою концепцию государственной организации, которая, по его замыслу, должна противодействовать человеческому эгоизму, осуществляя государственное насилие. Макиавелли ввел понятие «государственный интерес» для выражения претензий государства на право не обращать внимание на законы, которые оно призвало гарантировать в случае, если этого требуют так называемые «высшие государственные интересы». В теории государства у него не находилось места для церкви и религии с ее идеалами смирения и послушания. Он подчеркивает необходимость активных действий человека: лучше быть смелым, чем осторожным, но при этом деятельность должна направляться трезвым умом и волей, стремящейся к определенной цели, естественно высокой и благородной. Все это Макиавелли называет вир- ту - доблестью. Полная реализация этого - дело почти неосуществимое, его добивались лишь немногие выдающиеся личности. Большинство же выбирает средние пути, часто губительные. При этом необходимо учитывать особенности времени, в котором живет личность, и если она с этим считается, то достигнет многого.

Написание трактата «Государь» связано с конкретной политической историей Флоренции и в целом Италии, раздробленной и слабой по сравнению с соседями. Поэтому Макиавелли считал, что требуется государь, способный объединить Италию и создать республику. Прототипом такого государственного деятеля послужил военачальник и политик герцог Чезаре Борджа, человек, стремящийся к славе, не ведающий усталости, не признающий опасностей, пользующийся расположением своих солдат и сумевший собрать вокруг себя лучших людей Италии - «победоносный и страшный» одновременно.

В «Государе» Макиавелли нарисовал образ мудрого правителя, который должен сочетать в себе и в своих действиях качества льва, способного расправиться с любым из врагов, и лисицы, способной провести самого изощренного хитреца. Он должен по возможности не удаляться от добра, руководствоваться общепринятыми нормами морали, но если государственные интересы требуют действий, которые пренебрегают нравственностью, любое насилие можно оправдать во имя государственного блага.

Однако ставшая крылатой фраза «Цель оправдывает средства» была лишь искусно выхваченной из контекста цитатой, весьма далекой от подлинного Макиавелли. С чьей-то легкой руки воззрения Макиавелли превратились в проповедь политического коварства и лицемерия. Его обвиняли в том, что он является учителем тиранов, советует им использовать вероломство, лицемерие, насилие, убийство. Было бы неверно представлять Макиавелли таким, он лишь правдиво писал о том, что окружало его в жизни, где политика резко расходилась с моралью. Сам Макиавелли ни в коей мере не оправдывал ни насилие, ни аморализм в политике. Наоборот, особое внимание он призывал уделять «Общему благу» - общенациональным интересам, ибо широкие народные массы при известных условиях мудрее любого государственного лидера. Если правитель прибегает к насилию, то это, по Макиавелли, не должно быть самоцелью - насилие должно исправлять, а не разрушать.

«Государь» - труд догматика, а не эмпирика. Это не холодный призыв к деспотизму, но книга, проникнутая высоким чувством (несмотря на рассудочность изложения), негодованием и страстью. Макиавелли стремится показать разницу между авторитарным и деспотическим способами правления.. Эмоции достигают апогея в конце трактата; автор взывает к сильной руке, спасителю Италии, новому государю, способному создать мощное государство и освободить Италию от иноземного господства «варваров». Главные же темы «Истории Флоренции» - необходимость общего согласия для укрепления государства и неизбежное его разложение при нарастании политических распрей. В его изречениях мы найдем и мудрость древних, и актуальность сегодняшнего дня: «Человеку разумному надлежит избирать пути, проложенные величайшими людьми, и подражать наидостойнейшим, чтобы если не сравняться с ними в доблести, то хотя бы исполниться ее духа».

И все же, хотя прямой вклад Макиавелли в политическую теорию незначителен, как и практическое влияние его сочинений на государственных деятелей, последние частенько опирались на идеи Макиавелли (нередко их искажая) о приоритете интересов государства и методов, которые должен использовать правитель в завоевании и удержании власти. По сути дела, Макиавелли читали и цитировали адепты автократии, впрочем, на практике- то обходились они и без идей итальянского мыслителя.

В 1934 году Лев Каменев подготовил советское издание сочинений Макиавелли и преподнес первый том «вождю всех времен и народов». Великий вождь станет единственным постоянным читателем этого тома, расстреляв спустя два года бывшего приятеля, написавшего к нему предисловие. Иосиф Виссарионович тщательно скрывал от товарищей по партии, что это была его любимая книга, в ней он находил нужные для укрепления личной власти советы и следовал максимам «Государя», стараясь прослыть милосердным, укрепляя учреждения, обеспечивающие его безопасность, награждая за «полезные изобретения», содействуя величию страны, иногда «проявляя черты великодушия и гуманности». Бывало, и раскаивался в жестокости, страдая от бессилия обуздать свое гипертрофированное тщеславие.

Второй том, в который должны были войти «Рассуждения» не будет издан при правлении ленинской партии. И «Рассуждениям» флорентийца тираны не следовали.В них же говорилось о «рабстве, налагаемом гнетом государства», о том, что у произвола государя есть свои пределы, подвергалась разгромной критике тираническая власть, и выносился приговор: «... когда вместо свободы водворяется тирания, самое малое зло, которое государство терпит от этого, состоит в том, что оно не может больше идти вперед.»

В тот день, 10 мая 1527 года, Большой совет Флорентийской республики кандидатуру мыслителя не утвердил. Через месяц Никколо Макиавелли не стало. А полвека спустя на стене одного из залов Палаццо Веккьо появился портрет Макиавелли кисти Санти ди Тито. Проницательный умный взгляд, ироничная улыбка... Флоренция прилюдно призналась ему в любви.

Наталия ЛОГИНОВА